28.03.2015

Этот манускрипт неусыпно стерегут, как зеницу ока, сотрудники архива фешенебельного женского колледжа Уэллсли. На протяжении восьми лет по личному приказу президента Соединенных Штатов его вообще держали за семью печатями и никому не выдавали. Сейчас запрет снят, и при желании с документом можно ознакомиться. Но только в архиве колледжа: о том, чтобы пустить его в широкий доступ, например, в интернет, не может быть и речи. В 2001 году кто-то пытался продать краденую копию на сайте eBay, но под угрозой судебного иска вынужден был снять ее с продажи.  

Прежде чем войти в читальный зал на четвертом этаже здания архива, посетитель должен оставить в гардеробе пальто и портфель (а если этот посетитель – бывший главный советник президента Клинтона по национальной безопасности Сэнди Бергер, его, вероятно, попросят также снять штаны и носки — см. мою статью «Сэмюэл Бергер: вот какой рассеянный…«). Копировать можно, но не более нескольких страниц. Для заметок разрешается пользоваться только карандашом, ни в коем случае не ручкой, чтобы не запачкать чернилами драгоценный документ.

Вообще-то говоря, эта предосторожность может показаться излишней, ибо на руки выдают лишь переплетенную в черную кожу фотокопию машинописного оригинала. Но мало ли что – вдруг какому-то сумасшедшему взбредет в голову кощунственная мысль осквернить священные страницы? И пусть речь идет всего лишь о копии, все равно святотатство.

Что же это за документ, который стерегут столь бдительно, с такими великими предосторожностями? Нет, это не одна из четырех дошедших до наших дней копий первого варианта Великой хартии вольностей, и не оригинал Конституции Соединенных Штатов Америки. Это всего лишь дипломная работа 1969 года выпускницы колледжа Уэллсли по имени Хиллари Родэм, которая в замужестве прибавила к своему имени фамилию мужа Клинтон, провела восемь лет в Белом доме в качестве первой леди, а ныне планирует вернуться туда, но уже самостоятельно, в качестве выборного главы американского государства.

Дипломная работа знаменует последний этап политической одиссеи юной  Хиллари Родэм. В ранней молодости она по примеру отца разделяла взгляды лидера консервативного крыла Республиканской партии Барри Голдуотера и работала на добровольных началах в его предвыборной кампании 1964 года. На первом курсе колледжа Уэллсли Хиллари Родэм выбрали президентом клуба республиканцев, но к этому времени она уже начала леветь и перешла в стан умеренно-либеральных республиканцев, который возглавлял Нельсон Рокфеллер.

На третьем курсе студентка из Чикаго под давлением своего профессора неохотно согласилась пройти стажировку у конгрессмена-республиканца  из Мичигана Джеральда Форда (будущего президента). Но уже год спустя она отряхнула прах республиканизма с ног своих и активно включилась в кампанию в поддержку демократа-пацифиста Юджина Маккарти. А когда на старшем курсе ее избрали председателем студенческого совета колледжа, Хиллари Родэм уже со всем жаром души исповедовала идеологию либерализма.

Ее дипломная работа на 92 страницах была посвящена анализу мировоззрения легендарного политического организатора, агитатора и теоретика радикализма Сола Алински (1909-1972). Алински, имевший диплом криминолога, по специальности никогда не работал. Всю свою сознательную жизнь он был профессиональным пропагандистом радикальных идей и основателем  низовых революционных организаций.

С его точки зрения главная беда неимущих заключалась не в отсутствии денег, а в отсутствии власти. Федеральные программы помощи неимущим он сочно называл “политической порнографией”, хотя некоторые из созданных им организаций существовали на средства как раз таких программ. Но Алински сознавал, что иждивенчество порождает апатию и безволие, в то время как его главной целью была политическая мобилизация масс с целью захвата власти.

Он уделял основное внимание выработке теории политической борьбы. Многие из его рецептов стали хрестоматийными и по сей день служат практическим руководством к действию для радикалов всех мастей. Особенно славится созданный им свод тактических правил для успешной борьбы против неизмеримо более сильного и богатого противника.

Вот некоторые из них: “Наметь себе жертву, изолируй, персонализируй и поляризуй  ее”, “Заставь врага придерживаться его собственных правил” (подразумевается, что в борьбе с противником, связанным моральными устоями, аморальный радикал всегда одержит верх), “Помни, что угроза действия пугает больше, чем само действие”. “Успешная тактика базируется на неослабевающем давлении на противника”, “Твоя сила – это в первую очередь представление противника о том, насколько ты силен”.

Сол Алински презирал либералов и восторгался радикалами. “У общества есть все основания бояться радикалов, — учил он. — Своим прогрессом на пути к равенству и справедливости человечество обязано радикалу и никому более. Радикал наносит удары, он причиняет боль, от него исходит угроза. Консерваторы знают, что либералы – пустые болтуны, зато радикалы – люди дела”.

И далее: “Радикалы провоцируют социальный кризис путем действия, путем применения силы. Вслед за тем либералы робко идут вслед за радикалами, или, что гораздо чаще, безвольно позволяют увлечь себя по пути, проложенному радикалами, но только благодаря силам, высвобожденным радикальным активизмом.  Либералы всегда действуют вынужденно, вопреки собственным желаниям…”.

Алински звал своих последователей на баррикады, на борьбу с установившимся порядком. “Перемена означает движение. Движение означает конфликт. Только в бесконфликтном вакууме несуществующего абстрактного мира движение или перемена могут произойти, не требуя конфликта… Радикал осознает, что постоянные раздоры и конфликты поддерживают огонь под котлом демократии”. При этом революционер не должен стесняться в средствах: “Радикал может пустить в ход меч, но при этом он не испытывает персональной ненависти к своим врагам. Он ненавидит их не как личности, а как олицетворение идей или интересов, враждебных благу народа”.

При всем своем восторженном отношении к конфликту Алински отчетливо видел бесперспективность попыток захвата власти в Америке революционным путем по ленинской модели, с опорой только на «авангард», т.е. на кучку профессиональных революционеров. Вместо этого гуру радикализма призывал всемерно расширять социальную базу революционного движения и подтачивать систему изнутри, пользуясь всеми возможностями, открываемыми демократическим устройством.

“Достоевский говорил, что больше всего люди боятся сделать первый шаг, — писал он в своей книге “Сигнал к пробуждению для радикалов”. — Любой революционной перемене должно предшествовать появление у народных масс пассивных, мирных настроений в пользу перемен. Люди должны испытывать такое сильное разочарование в существующем порядке, прилив такой безнадежности и отчаяния, чтобы у них возникло желание порвать с прошлым и сделать ставку на будущее”.

“Такая готовность к реформации является необходимой предпосылкой революции, — продолжает Алински. – Готовя почву для реформации, организатор должен работать со средним классом и с низкооплачиваемыми трудящимися. Если мы не вступим с ними в союз, мы рискуем их потерять, ибо они неизбежно сдвинутся вправо”.  Поэтому он резко критиковал за тактическую бездарность лидеров антивоенного радикально-студенческого движения 60-х годов, которые своим “революционным рвением” (а если проще — открытым хулиганством) оттолкнули от себя американский средний класс.

Хотя Сол Алински и провозглашал себя революционером, он был по существу прагматиком. В книге “Правила для радикалов” он утверждал, что  наиболее эффективны средства, ведущие прямо к поставленной цели, и что промежуточной целью для радикалов должно быть установление демократии, при которой им будет относительно легко бороться за свои идеалы. Иными словами, цель оправдывает средства.

Столь же цинично он подходил и к расовой проблеме, хотя потратил немало сил на создание низовых негритянских организаций. “Интегрированный в расовом отношении микрорайон, — писал он, — есть хронологическое понятие, измеряющее время с момента въезда первой негритянской семьи до момента выезда последней белой семьи”.

Его часто называли коммунистом, но Алински категорически отрицал, что когда-либо состоял членом компартии. “Я никогда не принадлежал ни к одной организации, даже к тем из них, которые я сам создал”, — сказал он незадолго до смерти в интервью журналу “Плейбой”. Впрочем, он охотно признает, что работал рука об руку с коммунистами подобно всем другим носителям идей прогресса: “Любой, кто скажет, будто в 30-е годы, ведя активную работу на прогрессивном поприще, он не сотрудничал с коммунистами, бесстыдно лжет”.

Таков идеологический облик человека, которому посвятила свою дипломную работу будущая первая леди Соединенных Штатов. Заглавием своего труда она избрала цитату знаменитого поэта Т.С. Элиота: “Жизнь есть борьба… [за возрождение утраченного, найденного и вновь многократно утраченного]: Анализ модели Алински”.

Содержание дипломной работы бывшего госсекретаря и еще необъявленного кандидата в президенты США было сжато изложено в статье известного журналиста Билла Дедмана, до прошлого года работавшего в телевизионной компании NBC/MSNBC. Он утверждал, что юная Хиллари Родэм, восторгаясь личными качествами Сола Алински и отдавая должное его заслугам перед революционным движением, тем не менее разошлась с ним по целому ряду пунктов. В частности, она отвергла его теорию перманентного конфликта, предназначенного держать общество в постоянном напряжении и постепенно, шаг за шагом вырывать у него уступки.

Однако можно ли верить корреспонденту телевизионной компании, выделяющейся своим радикализмом даже на фоне остальных СМИ, которым не занимать либеральных настроений? Азбучная истина политтехнологии гласит, что при возникновении реальной опасности прорыва в информационную сферу неопровержимых порочащих сведений (“клеветнических фактов”, как говаривали в КГБ) о том или ином политике, он должен перехватить инициативу и сам разгласить их, чтобы направить дискуссию в желательное для себя русло и обезвредить мину, прежде чем она взорвется в полную силу. Именно в этом плане и следует воспринимать статью Дедмана, которая выглядела как попытка вакцинировать бывшую первую леди от возможных катастрофических разоблачений.

Если дипломная работа так невинна, как пытался представить корреспондент MSNBC, зачем Белому Дому понадобилось предпринимать такие чрезвычайные усилия к тому, чтобы наглухо закрыть к ней доступ? Научный руководитель дипломной работы и личный друг Хиллари Клинтон профессор Аллан Шехтер сообщает, что в 1993 году, вскоре после инаугурации мужа его давнишней студентки, ему позвонил ответственный сотрудник администрации (кто – он, разумеется, не помнит) и от имени президента потребовал закрыть труд первой леди от пытливых глаз первой волны биографов Хиллари Клинтон.

“С какой стати? Прекрасная работа, зачем ее закрывать?” – пытался, по его словам, спорить профессор Шехтер, поставивший Хиллари Родэм высшую оценку за ее дипломную работу. Но его собеседник был неумолим. В качестве основания своего требования он туманно промолвил, что, дескать, первая леди начинает работать над проектом реформы системы здравоохранения и ей крайне важно не ссориться с влиятельным сенатором Мойнихэном, которого она резко критиковала в своей студенческой работе.

Чистой воды ложь. Билл Дедман указал, что в дипломной работе вообще нет упоминаний о Мойнихэне. Но приказ есть приказ. И хотя профессор Шехтман задним числом заклеймил распоряжение Белого Дома как “глупое” и “наивное политическое решение”, ослушаться он не посмел и передал указание президенту колледжа Наннерли Оверхолзер Киохейн.

Мадам президент пораскинула мозгами и издала приказ о том, что все дипломные работы выпускниц Уэллсли должны находиться в открытом доступе в архиве колледжа – все, за исключением написанных “президентом или первой леди Соединенных Штатов”. Под это знаменательное распоряжение подпал один-единственный документ: дипломная работа Хиллари Родэм под названием “Жизнь есть борьба…”: Анализ модели Алински”. В 2001 году, когда супруги Клинтоны вновь стали частными гражданами, запрет утратил силу, хотя, как мы видели, далеко не полностью.

Рептильные биографы утверждают, что дипломная работа юной Хиллари Родэм никак не компрометирует супругу президента Клинтона. Например, в книге “Хиллари Клинтон: Взгляд изнутри” Джудит Уорнер умудрилась описать выпускной труд своей героини, ни разу не упомянув имени Сола Алински, хотя оно фигурирует в ней на каждой странице. А Гейл Шихи в биографии первой леди под названием “Выбор Хиллари” просто переименовала ее дипломную работу, дав ей невинное название “Анализ войны против бедности”, и охарактеризовала ее как простое исследование государственных программ помощи малоимущим в Чикаго.

Но если так, то зачем понадобилась такая подозрительная возня вокруг студенческой работы? Поневоле приходится сделать вывод, что дипломная работа будущей первой леди, по всей вероятности, содержит доказательства ее марксистских взглядов или – хуже того — политического оппортунизма, отсутствие каких-либо идеологических убеждений, кроме неуемного честолюбия и готовности любыми средствами прокладывать себе дорогу к власти по радикальным рецептам Сола Алински. Именно это давно утверждали противники Хиллари Клинтон.

Дэвид Брок в вышедшей в 1996 году биографической книге “Соблазнение Хиллари Родэм” назвал ее “духовной дочерью Сола Алински” ( тех пор Брок был перекуплен бывшей первой леди и сейчас принадлежит к числу ее наиболее видных пропагандистов). Барбара Олсон, погибшая в одном из терактов 11 сентября 2001 года,  в своей биографии Хиллари Родэм выразила убеждение, что та дала указание закрыть свою дипломную работу, “не желая, чтобы американский народ знал, до какой степени она впитала и усвоила убеждения и методы Сола Алински”.  Пегги Нунан в статье, опубликованной в газете “Уолл-стрит джорнэл” в 2005 году, назвала дипломную работу Хиллари Родэм ключом к познанию мировоззрения бывшей первой леди, “розетским камнем хиллариведения”.

Если они не ошибаются, дипломная работа “Жизнь есть борьба…” содержит громадные залежи первосортного материала для политической рекламы, которая в ходе грядущей предвыборной кампании сможет сослужить ценную службу ее соперникам-демократам (если они вообще появятся), а, если она будет номинирована – то республиканскому оппоненту. Да и просто сам факт самоотождествления Хиллари Клинтон с легендарным революционером никак не поднимет ее в глазах обывателя, который меньше всего хочет видеть в Белом Доме радикальную марксистку.

Билл Дедман указал, что Наннерль Оверхолзер Киохейн, окончившая Уэллсли на 8 лет раньше Хиллари Родэм, известна как рьяная либералка, регулярно делающая политические пожертвования кандидатам Демократической партии. В настоящее время она является профессором Принстонского университета, где занимается исследованиями теории и практики лидерства в демократических обществах. MSNBC пыталась взять у нее телефонное интервью о ее распоряжении, касавшемся дипломной работы Хиллари Клинтон, но профессор Киохейн резко сказала, что ничего не помнит об этом эпизоде, и повесила трубку.

Еще менее продуктивной оказалась попытка телевизионной компании проинтервьюировать бывшую первую леди или хотя бы получить ее разрешение на публикацию полного текста ее труда. Хиллари Клинтон отвергла просьбу об интервью, а насчет публикации ответила, что все полномочия в этом вопросе принадлежат колледжу. Однако администрация Уэллсли отпарировала, что авторские права принадлежат автору работы, а не колледжу.

Специалист по авторскому праву профессор университета Северной Каролины Лора Газауэй подтвердила, что любая неопубликованная работа с момента написания автоматически подпадает под действие закона об охране авторских прав и подлежит правовой защите на протяжении всей жизни автора плюс еще 70 лет после его смерти. Любая попытка опубликовать текст без ведома и разрешения автора влечет за собой штраф в размере до 150 000 долларов. Интересно, если бы кто-либо пошел на такой дерзкий шаг, решилась бы Хиллари Клинтон в таком случае обратиться в суд и тем самым привлечь дополнительное внимание к работе, где она так неосмотрительно изложила свое видение мира?

Если дипломная работа Хиллари Клинтон станет предметом политического скандала, ее линия защиты очевидна: она будет утверждать, что несправедливо судить о человеке по его высказываниям чуть ли не сорокалетней давности. “Неужели кто-то станет серьезно утверждать, будто юная идеалистка так навсегда и осталась юной идеалисткой?” — недоуменно пожимает плечами научный руководитель Хиллари Родэм профессор Аллан Шехтер.

Безусловно, в его словах есть зерно истины. Однако же сенатор от Массачусетса Джон Керри, баллотируясь в президенты в 2004 году, вынес в центр своей избирательной кампании трехмесячный эпизод из своей жизни, случившийся приблизительно в том же нежном возрасте, в каком  его нынешняя коллега от Нью-Йорка писала восторженный гимн маститому радикалу, и никто не нашел в этом ничего предосудительного или удивительного. И если Керри и подвергся нападкам, то не за то, что размахивал своими боевыми заслугами, а за то, что лгал о них.

Если Джон Керри был невинно оклеветан, все, что от него требовалось, чтобы отбить нападки, это дать разрешение архиву ВМС США предать гласности его досье, обнародовать доказательства его правоты (см. мою статью «Кандидат Керри«). Тем не менее Керри этого не сделал, из чего поневоле приходится заключить, что обвинения “клеветников” не на песке построены.

Точно так же, если Хиллари Клинтон откажется опубликовать свою дипломную работу, ей будет очень трудно очиститься от подозрений. Тем более что бывшей первой леди не привыкать кривить душой (легендарный журналист Уильям Сэфайр публично назвал ее “прирожденной лгуньей”). К примеру, даже в приглаженном изложении Билла Дедмана, скорее смахивающем на апологию, буквально бросается в глаза такой любопытный эпизод.

В интервью, которое Хиллари Клинтон дала газете “Вашингтон пост” в 1993 году, она объявила, что в своей дипломной работе она была солидарна с Солом Алински в его критическом отношении к чрезмерному вмешательству государства в социальную сферу. “Я писала, что он по существу абсолютно прав, — сказала супруга президента. – Уже в те годы я была против всех этих громоздких государственных программ, от которых польза только бюрократам, а никак не простым людям. Я твердо стою на этом вот уже 25 лет”.

Как раз в то время огромный коллектив (свыше тысячи человек), созданный первой леди и работавший под ее личным руководством, в глубокой тайне и с многочисленными вопиющими нарушениями закона разрабатывал грандиозный проект национализации всей сферы здравоохранения, на долю которой приходилась одна седьмая американской экономики. Рядом с этим проектом, к счастью, провалившимся, померкли бы все “громоздкие государственные программы”, о которых с таким сарказмом отозвалась на публике Хиллари Клинтон.

Hillary-Clinton-Crazy-Face

источник —>>>

1 комментарий »

  1. Социальные затейники

    Сторонний наблюдатель непременно отмечает, что типичный для «демопозиции» воинствующий тон плакатов и неприкрытое хамство блоггеров, не выбирающих выражений для персональных оскорблений в адрес цели, которая была им определена в качестве противника, в последнее время резко повысил свой градус агрессивности. Это говорит о том, что взят курс на радикализацию.

    Между тем, в этих действия отчетливо прослеживается творческое развитие идей покойного гуру левых либерал-демократов Саула Алинского, прошедшего выучку у Аль Капоне и мощной профсоюзной организации, курируемой его друзьями. Сын беднейших еврейских эмигрантов из России, хорошо бы подошел для персонажа голливудского фильма, который мог бы получиться куда поучительнее знаменитого «Однажды в Америке».

    Соколы Алинского

    В США из его гнезда вылетели сотни ястребов, которые не только руководят десятками филиалов Industrial Areas Foundation, основанных учителем, но создали сотни подобных организаций под другими названиями. И все они, независимо от названия, работают во имя одной цели — захватить власть.

    Заочная ученица Алинского, 22-летняя Хиллари Родэм, в которой звезда радикалов признал «потрясающего организатора», еще в колледже написала дипломную работу, посвященную методам социального затейника по организации массовых акций американских гетто, оценив и сами методы и их автора в весьма позитивном ключе. Сегодня эта девушка нам больше известна под именем Хилари Клинтон.

    Барак Обама обучался навыкам «лидера общины» и способам борьбы за социальные перемены в центре Алинского в Чикаго, постигая «Правила для радикала» несколько лет (здесь же его и подобрал пресловутый Джордж Сорос, через которого банковская группа Ротшильдов и финансирует «центры» — деньги проводят через Tides Foundation — основанный в 1976 г. иудейским антивоенным диссидентом Драммондом Пайком, этот освобождённый от налогов фонд «предоставляет возможность видным деятелям финансировать экстремистские организации, «отмывая» их деньги в Тайдсе и не оставляя никаких бумажных следов»).

    В прошлом году гуру Алинскому исполнилось бы 100 лет. Джонах Голдберг в своей книге «Либеральный фашизм», причислил его методы к нацистско-тоталитарной традиции: «Замените слово «радикальный» на «фашистский» во множестве сентенций Алинского, и вы не заметите разницы».

    В США, где перед выборами был взят курс на радикализацию отношений между демократами и республиканцами, «Правилами для радикалов» используются демпартией. По данным маркетинговой службы «Nielsen BookScan», в прошлом году «Рэндом Хаус» продало 15 тыс. экземпляров книги — в 3 раза больше, чем за весь период 2000-2008 гг. Книга стойко занимает первое место по продажам на Amazon.com в разделах «радикальная мысль» и «гражданские инициативы»[1].

    Республиканцы им отвечают продажей манифеста «Правила для консервативного радикала» через Твиттер. Автор манифеста Майкл Патрик Лихи, — борец против «налогового бремени» и один из основателей движения «чаистов», — так объясняет появление плагиата: «Я исхожу из того, чтобы мы взяли на вооружение успешные правила Алинского, адаптировали к сегодняшнему дню и соединили с новыми сетевыми социальными технологиями, применяя их в соответствии с иудео-христианскими традициями».

    Что предлагается иметь в виду под пресловутыми «иудео-христианскими традициями», видно из эпиграфа к его нетленке «Правила для радикалов»: «Нам бы не забыть хотя бы брошенное через плечо одобрение самого первого радикала: из всех наших легенд, мифологии и истории (а кто знает, где заканчиваются легенды и начинается история или что из них что), первым известным человеку радикалом, который взбунтовался против истеблишмента и сделал это столь эффективно, что по крайней мере выиграл собственное королевство, был Люцифер»

    В этих словах – сжатая программа разрушения основ христианской цивилизации как таковой.

    Что это за «правила», составитель которых демонстрирует копыто сатаны? Где кончаются легенды об успехах модной политической тактики и начинается реальная история?

    «…либерализм старается стереть все следы Божьего Присутствия, уничтожить любое напоминание о Христе…» (И.Шамир)

    Методы почерпнуты из той же манипуляционной помойки, получившей в Америке и в Западной Европе невинное название «ненасильственных» тактик. Но о 13 «правилах для радикалов» Алинского рассказать куда проще, чем, скажем, о 198 методах его не менее знаменитого коллеги по стратегии оранжевых революций Джина Шарпа.

    Французы не знали, как им перевести непонятное с точки зрения здравого европейского рассудка профессиональное занятие Алинского – «мутить» корпорации и государство. В результате книга во французском варианте называлась забавно: «Учебник социального затейника: ненасильственное прямое действие».

    В своей дипломной работе об Алинском, будущий госсекретарь Х.Клинтон замечала: то, что он проповедует, «звучит не слишком «радикально». При этом она не разглядела элементы вхождения в транс самообмана для достижения цели.

    В «Правилах для радикала» все выглядит очень традиционно:

    Правило 1. Власть – это не только то, что у вас есть, но и то, что враг думает, что у вас есть. Власть исходит из двух основных источников – деньги и люди. («А у меня ещё один вопрос»*)

    Правило 2. Никогда не выходите за предел знания ваших людей. Это заканчивается неразберихой, страхом и отступлением. Знания добавляют твердости каждому (атакующие избегают вещей, в которых им недостаёт знаний). («Вопрос»*)

    Правило 3. Где только возможно, выходите за пределы ожиданий врагов. Ищите пути, чтобы усилить неуверенность, беспокойство, неопределенность (многие атакуемые теряются от не относящихся к делу аргументов, которые они тем не менее пытаются опровергнуть). («Выборы-выборы»*)

    Правило 4. Заставьте вашего врага жить по им же сформулированным правилам. Если правило таково, что на каждое письмо необходим ответ, пошлите 30 тысяч писем. Вы можете уничтожить их этим, поскольку никто не может выполнить свои же собственные правила (подрыв репутацию атакуемого) («Навальный А. А. — не обычный акционер»*)

    Правило 5. Осмеяние – самое мощное человеческое орудие. От него нет защиты. Оно иррационально. Оно приводит в бешенство. Работает как ключевой аргумент давления, заставляя врага пойти на уступки. («Отличная агитация, кстати»*)

    Правило 6. Хорошая тактика – эта та, которая радует ваших людей. Они выполняют ее без понукания и возвращаются, чтобы сделать больше, делать свое дело и даже подсказывать лучшие варианты (либерал в данном случае ничем не отличается от любого другого человеческого существа — избегает неинтересных занятий, но находит радость в тех, которые работают и приносят результат.) («Я пытаюсь доказать, что бороться с режимом — это весело»*)

    Правило 7. Тактика, которая тянется слишком долго, становится волокитой. Не превращайтесь в старые новости (даже радикальному активисту бывает скучно — держите людей в состоянии взволнованном и увлеченном, организаторы должны постоянно находить новые тактики). («Наши соседи»*)

    Правила 8, 9, 10 и 11 детализируют тактику нападения, уже затронутую в предыдущих разделах: «Не отключай давление, но и не переусердствуй. Если переборщишь в негативе, он станет позитивом, поскольку публика симпатизирует обиженным. Ищи новые тактики, атакуй со всех флангов, не давая врагу шанса передохнуть, перегруппироваться и сменить стратегию. Угроза чаще более действенна, чем реальная акция. Она рождает в коллективном уме атакуемой организации картины ужаса от возможных последствий и деморализует противника». («Охрана природы»*)

    Правило 12. Цена успешной атаки – конструктивная альтернатива. Никогда не позволяйте врагу набирать очки оттого, что вас поймали врасплох без решения проблемы. (Старая мудрость: если вы не часть решения, значит, вы часть проблемы. У активиста организаций есть повестка дня, и их стратегия — иметь место за столом, быть участником форума для сохранения власти). («Признание преступлений государства не означает конец государства»*)

    Правило 13. Ухвати цель, заморозь ее и поляризуй (отсеки сети поддержки и изолируй цель от симпатий. Иди по следу людей, а не учреждений, людям быстрее причинить боль, чем учреждениям. Это жестоко, но очень эффективно. Прямая, персонализированная критика и осмеяние дают результат). («О безопасности на транспорте»*)

    (* все иллюстрации взяты лишь с одной страницы блога, привлекшего к себе внимание)

    Согласно американской политической моде, тактика разжигания и управления конфликтом на уровне обыденного сознания и бытовой жизни масс – ключ к стратегии перемен, особенно благоприятных в периоды социальных стрессов и кризисов.

    Понимание идеологичности агрессивного либерализма победило в научных кругах лишь в последние годы… эти установки (либерализма) можно воспринимать оптимистически или пессимистически: так едок и устрица по-разному встречают лимон и шабли. Многое зависит от того, вы едите, или вас едят.

    Американский академический исследователь Майкл Бехрент (Michael C. Behrent) так же теряется в определении профессионального занятия «нового левого», поясняя термин «community organizer», как сугубо американский тип деятельности. Но суть этого термина несет противоположный смысл, поскольку такой тип деятельности направлен, скорее, на переформатирование общин по неким «новым стандартам», отдаляющим общество, прежде всего, от христианских традиций.

    С этим объяснением не поспорил бы и сам Алинский, организующий американские общины (где это слово до недавнего времени ассоциировалось преимущественно с жизнью церковного прихода) в духе «снятия табу» для разрушения традиционных понятий и начав как раз с церкви.

    «…Тот, кто видит отстроенный идолопо-клонский дом (речь идет о домах неевреев, живущих в мире, спокойствии и богатстве; некоторые же говорят, что речь идет о домах, где они молятся), произносит стих: «Дом гордых выкорчует Б-г»…» Шульхан Арух

    Картинка 11 из 95 У «социального затейника» Алинского на первом месте стоит «власть» — это «сама сущность, динамо жизни». Социалисты, декларировали, что они радеют за все человечество. «Затейник» не утруждает себя прикрытием основной цели – захват власти путем социальных преобразований. В идеологии алинизма цинично написано – использование среднего класса для захвата власти.

    «Личный интерес» — это второе кредо Алинского. Если власть – это его цель, то его опорный пункт – личный интерес. Чтобы «организовать общину» (т.е. «разрушить традиционное общество»), он апеллирует к эгоисточным интересам (и убедить, что ничего постыдного в этом нет), одновременно идентифицируя лиц, которые служат препятствием (…).

    Третье кредо Алинского — снятие этических табу. «Социальный затейник» должен принять конфликт не только как вещь неизбежную, но и желаемую – ибо ничто не мобилизует так, как антагонизм. Задача организатора – «сыпать соль на раны людей общины, усилить скрытую враждебность настолько, чтобы она проявилась открыто, найти канал, через который люди могут излить свои прошлые унижения…».

    Первая победа

    «социального затейника» ознаменовалась поддержкой иерархов католической церкви, разрешивших сторонникам Алинского агитировать в католических приходах (проект «Back Yard»). Принцип «частных интересов» сработал и здесь. Церковным иерархам разъяснили «угрозу» и растолковали альтернативу – отход общины к рабочим союзам и коммунистам, потеря прихожан и пожертвований или поддержка Алинского, улучшение благосостояния прихожан и рост церковной казны.

    Тактика «угрозы» оправдала себя. В письме к философу и католику-реформисту Жаку Маритэну (при де Голле состоял послом в Ватикане) Саyл Алинский с характерной для него склонностью к эпатажу и богохульству писал, что он – второй наиболее влиятельный еврей в истории христианства. В 1958 году миланский кардинал Монтини, позже Папа Павел VI, попросил Маритэна, известного своими «социалистическими связями», помочь миланским приходам, где рабочие тоже отбивались от церкви, предпочитая искать защиту в рабочих союзах и у компартии. Маритэн посоветовал решить деликатную проблему с помощью Алинского, и будущий Папа Павел VI пригласил эпатажного богохульника в Милан.

    Но не его стоит излишне демонизировать — по сравнению с тем, что проделывают современные политтехнологи, «гуру» просто старомодный романтик. На себя самого он не всегда распространял принципы личного материального интереса, умел не только смеяться над другими, но и над собой подшутить. Он весьма нелестно отзывался об американской академической социологической науке, и «профессура» отвечала ему тем же. Их практические советы Алинский в своей нарочито «плебейской» манере сравнивал по эффекту с рекомендацией слабительного при поносе. Теории – не его стезя. Он был практиком.

    Среди его спонсоров

    была чета Мейеров, владельцев «Вашингтон Пост», чьи знакомства в журналистских кругах помогали с шумной «информационной» поддержкой (…). «Правила радикала» получили мощную положительную рекламу в их газете, по сути, составляя лишь компилятивные выдержки из чужих наработок и идей «Тюремных тетрадей» А.Грамши.

    Алинский, не просидевший в отдельной камере тюрьмы и более двух месяцев, не раз, подобно маститым революционерам, подчеркивал, что его радикальные тезисы тоже написаны в заточении. Местные газеты тогда с восторгом писали об оригинальном маргинале, ответившем надзирателю, возвестившему о его освобождении, «что он в середине главы, и выйдет, когда сочтет нужным».

    Грамши был убежден, что более важен «метод», «технология захвата», чем экономика. Но его стратегия потерпела полное поражение — традиционная мораль разрушена, но взращенная «новая мораль» отвечает только целям капитализма и доминирующей в его финансах узкой социальной группы. Эпатаж подменил социальную революцию, молодежно-бунтарский стиль система превратила в моду, использовав его не только политически, но и экономически. В конце ХХ в. сытое левобунтующего поколение используется в качестве новых кадров для реализации неолиберальной модели…

    «Думай глобально, действуй локально»

    Алинский писал: «Достоевский считал, что больше всего люди боятся сделать первый шаг. Поэтому любому революционному взрыву должно предшествовать медленное, пассивное изменение сознания людей, в результате чего они должны почувствовать себя настолько неприкаянными, отвергнутыми, потерянными и бесперспективными в господствующей системе, что сами начнут желать отпустить прошлое и изменить будущее. Для любой революции важно желание масс принять преобразование. Чтобы создать такую ситуацию, организатор должен работать не только со средним классом, но и с “голубыми воротничками”, иначе они сдвинутся вправо. Этого нельзя допустить». Но у бедных нет никакой власти, поэтому реальной целью должен быть средний класс: «Сейчас и в последующих десятилетиях организация должна сосредоточить свои действия на среднем классе Америки. Это – то место, где концентрируется власть…».

    До этого путем лоббирования Алинский провел большую подготовительную работу для создания групп «полномочных представителей», которым акционеры публичных корпораций передают свои голоса.

    Последнее интервью он дал «Плейбою». Речь шла о его переориентации на «средний класс». Алинский считал, что ему удастся растрясти «молчаливое большинство» и что эту битву он непременно выигрывает: «Разве жизнь не игра? Эйнштейн как-то сказал, что Бог не играет в кости. Но Эйнштейн был не прав. Бог все время бросает кости. Я спрашиваю себя, не заряжены ли они … Они (средний класс) первыми живут в мире, полностью ориентированном на СМИ, и каждый вечер, когда они включают телевизор и начинаются новости, они видят почти невероятное лицемерие, обман и даже крайний идиотизм наших национальных лидеров, коррупцию и дезинтеграцию наших национальных институтов. Мы покажем им их истинных врагов – корпоративную элиту, которая правит и разоряет эту страну. Мы начнем со специфических проблем – налоги, работа, потребительские проблемы, окружающая среда – и оттуда мы двинемся к большим проблемам: «загрязнение среды» в Пентагоне, Конгрессе, в совете директоров мегакорпораций… Когда вы организуете людей, они движутся вперед от проблемы к проблеме, чтобы достичь последней цели – власти народа. Мы не только даем им цель, мы делаем их жизнь снова чертовски волнующей – жизнь, а не существование. Мы их включаем…»

    Он пошел дальше, чем от него ожидали. Поэтому через два месяца «скропостижно скончался».

    «Единственной надежной основой олигархии может быть только коллективизм: богатство и привилегии легче всего защитить, когда ими владеют сообща…»
    Дж. Оруэлл.

    Методы псевдо-коллективистской «унификации» умонастроений и «подготовки лидеров» в созданном им в Чикаго тренинговом центре Industrial Area Foundation, действуют и поныне. Техника получила название по имени покойного гуру «третьего пути» — «метод Алинского». Но, как и в «Правилах для радикала», он мало что в этом методе изобретал. Методика групповой промывки мозгов была разработана в британском Тавистокском институте и предназначалась первоначально для военно-психиатрических целей и поражения когнитивным оружием «вражеского противника».

    В конце 50-х американская Rand Corporation, адаптировала методику к подготовке небольших групп «лидеров», программируемым в рамках разного рода программ под общим принципом «изменения агентов». Центры в стиле Тавистока, получили широкое распространение в Америке в национальных тренинговых лабораториях (NTL). Нынешний американский президент Обама прошел тренинг организатора общины в центре тренинга Алинского в Чигаго, специализированная адаптация методики по «изменению агента» среди учителей тоже носит название «метод Алинского». Ее широко применяет и National Education Association.

    «Думай глобально, действуй локально» — еще один лозунг Алинского, расширявшего свою империю радикальных перемен методично окучивая для новых завоеваний локальную верхушку. В 1971 году в «Правилах для радикала» Алинский записывал, что «всякому революционному изменению должно предшествовать пассивное, одобрительное, не вызывающее отношение к изменению в народных массах». Социальный затейник должен «посвятить всего себя изменению жизни локальной общины». Чтобы добиться этого, он должен осмеивать то, что для людей свято, вытаскивать наружу латентный антагонизм, постоянно разжигать неудовлетворенность и недовольство. «Организатор знает, что ценности относительны… Правда для него – относительна и изменчива…»

    Радикальная перелицовка, естественно, не обходит вниманием и Россию, а «успешные» приемы «правил для радикалов» их адептов используют в попытке навязать стране «новый гражданский порядок» с оглядкой на «цивилизованный Запад» — «гнездо капитализма».

    А теперь, еще раз взгляните на период активизации «социального затейника Навального» (здесь и исчезновение, и появление, и трансформация, и полет, и членовредительство, и то, что фокусники называют «эскейп»), вспомните его неприкрытые контакты с Рэнд корпорейшн, и оцените эти фокусы сами.

    И вот такие «птенцы гнезда Алинского» сменят нынешних механиков-водителей у рычагов оруэллианского танка капиталистической России…

    http://communitarian.ru/publikacii/novyy_mirovoy_poryadok_metody/tsirkovaya_magiya_proekta_navalnyy_2012/

    Нравится

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s